Не вызывает сомнений, что в условиях современности усложнение геополитических процессов и усиление идеологического противостояния между государствами и регионами стали мощным стимулом для активизации экстремистских и террористических структур. В такой ситуации задача повышения уровня мировоззренческой культуры личности как ключевого фактора противодействия деструктивным идеологиям приобретает не только высокую теоретическую значимость, но и выраженную практическую необходимость.
Особенно важно это и потому, что в настоящее время экстремистские и террористические организации, стремясь пополнить свои ряды, применяют современные методы воздействия и новые формы вербовки, широко используя цифровые технологии. Эти подходы направлены, прежде всего, на неокрепших, недостаточно информированных молодых людей, которых легче склонить к радикальным взглядам.
Многие отечественные исследователи, анализируя усиливающееся воздействие деструктивных идеологий на мировоззренческую культуру личности в таджикском обществе, подчёркивают, что ситуация усложняется рядом дополнительных факторов. В частности, отмечается, что существующая система мирового устройства и международного порядка во многом исчерпала свои возможности. Современные процессы на Ближнем и Среднем Востоке, события на Украине, а также появление новых радикальных вооружённых формирований, подобных ИГИЛ, лишь усиливают идеологическое давление на общество.
На фоне углубляющихся глобализационных процессов начался переходный этап к новой конфигурации мировых отношений, который будет определяться не только расстановкой политических и военных сил, но и конкуренцией различных систем ценностей.
В этом контексте заслуживает внимания и позиция современного российского исследователя, который справедливо отмечает, что господство материалистической парадигмы, утверждавшей превосходство материальных ценностей над духовными, а также построение на её основе масштабных и привлекательных, но в итоге ошибочных идеологических конструкций, привели человечество к тяжёлым деструктивным последствиям. Среди них – вспышки коллективной агрессии, войны, революции, массовое уничтожение людей, а также разрушение культурного наследия и природной среды.
Не менее значимым для научного понимания природы деструктивных идеологий является следующее положение: в процессе изучения сущности экстремизма и терроризма теоретическое мышление должно опережать чувственные представления и направлять общество к постижению глубинных характеристик данных явлений. Теоретические науки призваны всесторонне исследовать механизмы формирования мировоззрения и сознания отдельных социальных групп, выявлять причины их искажений и определять возможные направления их преодоления, тем самым отвечая на классический вопрос: «Что делать?». Следует отметить, что в последние годы исследователями опубликован значительный массив научных работ – как монографий, так и диссертаций – посвящённых проблемам распространения идеологий экстремизма и терроризма, а также поиску эффективных механизмов их нейтрализации. Так, таджикский исследователь А. И. Муминов, анализируя перспективы противодействия религиозному экстремизму, подчёркивает, что данный феномен приобрёл транснациональный характер и требует согласованных действий всех государств Центральной Азии.
Важно подчеркнуть, что после начала специальной военной операции России, направленной на денацификацию и демилитаризацию Украины, вопросы противодействия деструктивным идеологиям приобрели особую актуальность для всех стран Евразийского пространства. Этот регион сегодня представляет собой арену разнообразных форм геополитического и идеологического соперничества.
В геокультурном измерении здесь сталкиваются интересы России, Китая и США. С учётом того, что культура народов Центральной Евразии тесно связана с исламской традицией, в данном контексте также активизируются проекты, исходящие от Саудовской Аравии, Пакистана и Ирана, продвигающих различные версии исламистских концепций. На этом фоне вновь усиливается значимость идеологий панисламизма, паниранизма, пантюркизма, а также евразийства и евроатлантизма. По сути, речь идёт о борьбе за культурное влияние и сохранение идеологических позиций в стратегически важном регионе.
Проведённый анализ показывает, что совершенствование механизмов противодействия деструктивным идеологиям предполагает учёт не только внешних факторов, активизирующих деятельность радикальных сил, но и внутренних обстоятельств, оказывающих существенное влияние на устойчивость общества. Среди внутренних факторов, как правило, выделяются два ключевых направления. Первое связано с социально- экономическими условиями, включающими высокий уровень безработицы, трудовую миграцию, недостаточный уровень доходов и жизненных возможностей населения. Именно социально-экономическая нестабильность нередко становится питательной средой для распространения разрушительных идей, которые используют уязвимость и неопределённость людей для внедрения своих установок. Второй важный фактор – религиозный сегмент, который при отсутствии должного уровня религиозного просвещения и критического мышления может стать объектом манипуляций со стороны радикальных групп, пытающихся подменить духовные ценности деструктивными доктринами.
На фоне этих вызовов особое значение приобретает национальная идея, выполняющая роль стратегического духовного ресурса в укреплении мировоззренческой культуры личности. Она формирует ценностные ориентиры, укрепляет чувство принадлежности к национальному сообществу и служит своеобразным путеводителем для человека в условиях социальных и мировоззренческих трансформаций. Сосредоточивая в себе исторический опыт, коллективные мечты и представления народа о будущем, национальная идея способствует развитию патриотизма, национального достоинства и духовной устойчивости. Недаром отмечается, что национальная идея воплощает в себе духовные тенденции, стремления и ценностные установки, которые на протяжении тысячелетий защищали таджикский народ от угроз исчезновения, сохраняли его историческую память и культурную самобытность. Именно она стала духовной основой возрождения таджикской нации в конце XX – начале XXI века и предопределила формирование независимого, национального, демократического и светского государства.
Органическая взаимосвязь национальной идеи и мировоззренческой культуры личности проявляется в том, что национальная идея выступает не только формой самовыражения народа, но и способом осмысления своего места среди других культур и цивилизаций. Она помогает личности определить собственную идентичность, увидеть себя частью исторического и культурного целого, сформировать представление о своём национальном «Я». Благодаря этому национальная идея становится интеллектуально-духовным ориентиром, который направляет человека в сложных социальных условиях и способствует формированию ценностных установок, устойчивых к внешним идеологическим воздействиям. Осознание принадлежности к своему народу, знание его истории и культурных кодов служат основой зрелой мировоззренческой позиции, укрепляющей внутреннюю устойчивость личности.
Значимость данного концепта обусловлена тем, что человек, достигший подлинного чувства национальной самоотождественности и воспитанный в духе патриотизма, остаётся верным своей Родине и её интересам. Такая личность гораздо менее подвержена манипуляциям, не становится лёгкой добычей демагогии радикальных движений и не поддаётся соблазну деструктивных идеологий. Подлинный патриот стремится защищать суверенитет страны, сохранять её единство и способствовать её развитию. Недаром подчёркивается, что независимость представляет собой не только политическую категорию, но и духовную ценность, выражающую честь, достоинство и славу патриота. Это – гордость за свою государственность, стремление каждого гражданина к самопознанию и утверждению себя как части национального сообщества. Именно самосознание и национальная гордость выступают тем цементирующим фундаментом, который обеспечивает сплочённость любой нации и устойчивость её мировоззренческого пространства.
Безусловно, важнейшим элементом существования и укрепления национальной идеи выступает единство этноса. Таджики, которые после Саманидов потеряли свою государственность в течение почти одного тысячелетия, ни сразу полностью осмыслили степень ценности государственного суверенитета, и были втянуты во внутри общностный конфликт, который длился пять лет. Примечательно, что после исторической XVI Сессии Верховного Совета РТ таджики, осознавая свой промах, постепенно обратились к своей истории и культуре, вследствие чего они задумались над процессом достижения национального примирения и национального согласия. Именно эти цели послужили тем механизмом, с помощью которого таджикистанское общество постепенно перешло из состояния хаоса, к порядку и равновесию. В современных условиях, значимость идея национального единства проникла в общественное сознание таджикского общества, и она тесно связана с национальным согласием, которое «подобно локомотиву, ведёт своих пассажиров к своей конечной цели – построение демократического, светского, правового и единого государства, и обеспечивает их созидательный труд».
Необходимо подчеркнуть, что деструктивные идеологии нередко укореняются в социальной среде благодаря определённым возможностям, которые проистекают из самого социокультурного потенциала современного общества. Для выявления степени влияния социокультурных факторов на мировоззренческую культуру молодёжи в 2023–2024 годах нами был проведён социологический опрос среди студенческой молодёжи города Худжанда. Исследованием были охвачены 500 студентов Института экономики и торговли ТГУК и Политехнического института ТТУ. Ответы на вопрос: «Какие факторы, по вашему мнению, в большей степени способствуют приверженности молодёжи деструктивным идеям?» распределились следующим образом: недостаточный уровень образования – 26,4%; воздействие интернет-ресурсов и мобильных средств коммуникации – 22,2%; отсутствие интереса к чтению книг, газет и журналов – 6,3%; снижение роли семьи – 10,5%; недостаточная эффективность воспитательной работы в образовательных учреждениях – 3,2%; бедность, безработица и трудовая миграция – 30,4%. Полученные данные свидетельствуют, что большинство респондентов (около 57%) рассматривают низкий образовательный уровень, социально-экономические трудности и миграционные процессы как ключевые факторы, повышающие уязвимость молодёжи перед деструктивными идеологиями. Немаловажным является и тот факт, что 22,2% участников исследования считают интернет-ресурсы и мобильные устройства инструментами, активно используемыми экстремистскими и террористическими организациями для вербовки и идеологического воздействия.
Сравнение этих данных с результатами исследований, проведённых Отделом социологии Института философии, политологии и права АН РТ, выявляет как определённое совпадение, так и различия в восприятии угроз. Согласно исследованиям АН РТ, примерно 80% населения страны получают информацию о политических событиях и деятельности экстремистских структур через телевидение, радио, газеты и другие средства массовой информации; 43,2% – через социальные сети; 23,3% – в процессе обучения в высших учебных заведениях. По итогам социально-философского анализа авторы отмечают, что, несмотря на предпринимаемые государственные меры, информационная безопасность общества остаётся под угрозой, а уровень просветительской деятельности, направленной на предупреждение экстремизма и терроризма, остаётся недостаточным. Особенно подчёркивается сохраняющаяся значимость духовной и религиозной интеллигенции, способной оказывать позитивное воздействие на мировоззренческое развитие молодёжи. В этом контексте представляют интерес и данные российских исследователей, выявивших серьёзную обеспокоенность молодёжи влиянием информационного пространства на девальвацию духовных ценностей (71,3%). Более половины респондентов (67,3%) отметили слабый уровень развития критического мышления у ровесников, 91,1% указали, что среди молодёжи широко распространена тенденция доверять практически любой информации из Интернета. При этом 98% респондентов замечают в онлайн-пространстве многочисленные ошибки, связанные с неопределённостью и двусмысленностью текстов, а 77,6% стараются перепроверять опубликованные в сети факты. Совокупность этих данных позволяет утверждать, что информационная среда становится одной из ключевых площадок, где формируются как устойчивые мировоззренческие позиции, так и потенциальные угрозы для духовной стабильности молодёжи.
Анализ показывает, что мировоззренческая культура личности является центральным фактором укрепления устойчивости общества к деструктивным идеологиям в современных условиях. В Таджикистане этот вопрос особенно актуален на фоне усложнения геополитической ситуации, усиления идеологического противостояния и активности экстремистских и террористических структур, которые используют современные цифровые технологии для вербовки и идеологического воздействия на молодёжь.
Ключевые внешние факторы, способствующие распространению деструктивных идей, включают международные военные и политические кризисы, активность транснациональных радикальных группировок, идеологическое соперничество мировых держав и влияние различных религиозно-культурных концепций, включая панисламизм, пантюркизм и паниранизм, на региональное культурное пространство.
Внутренние факторы включают социально-экономические и духовно-культурные аспекты:
➤ высокий уровень безработицы, трудовая миграция, низкий доход населения;
➤ недостаточный уровень образования и критического мышления;
➤ слабая воспитательная работа в семье и образовательных учреждениях;
➤ религиозное просвещение, которое при отсутствии системности может стать объектом манипуляций радикальных групп.
В этих условиях национальная идея выступает стратегическим духовным ресурсом, способствующим формированию устойчивой мировоззренческой позиции личности. Она обеспечивает:
➤ ценностную ориентацию и идентичность человека;
➤ осознание принадлежности к историческому и культурному наследию народа;
➤ укрепление патриотизма, национального достоинства и внутренней духовной устойчивости;
➤ защиту личности от влияния деструктивных идеологий и радикальной пропаганды.
Социологические исследования среди молодежи Худжанда (2019–2022 гг.) показали, что основными факторами, способствующими уязвимости перед деструктивными идеями, являются: низкий образовательный уровень (26,4%), социально-экономические трудности и трудовая миграция (30,4%), и влияние интернет-ресурсов (22,2%). Эти данные подтверждают, что информационная среда становится ключевой площадкой как для формирования мировоззренческих ценностей, так и для распространения угроз, что требует активной работы по информационной безопасности и просвещению молодежи.
Важнейшей стратегической задачей является комплексное укрепление мировоззренческой культуры личности, которое предполагает:
1. Развитие духовно-нравственного, гражданского и патриотического воспитания в образовательных учреждениях;
2. Повышение уровня образования и критического мышления молодежи;
3. Системное использование национальной идеи как духовного ориентира;
4. Активизацию роли семьи, религиозной и культурной интеллигенции;
5. Обеспечение информационной безопасности и нейтрализацию деструктивных влияний в цифровой среде;
6. Координацию действий государства, научных и образовательных институтов для формирования устойчивого мировоззрения у молодежи.
Таким образом, мировоззренческая культура личности, опирающаяся на национальную идентичность, патриотизм и духовные ценности, становится основой духовной устойчивости и социальной стабильности Таджикистана, способной противостоять внешним и внутренним деструктивным идеологиям. Эффективное сочетание образовательной, культурной, религиозной и информационной политики позволит формировать зрелое, критически мыслящее поколение, способное сохранять национальное единство, защищать государственный суверенитет и развивать страну в условиях глобальных вызовов.
Саидова З.З., к.ф.н., ст. преподаватель кафедры «Общественные науки» ИЭТ ТГУК
