За объявлением о высокооплачиваемой работе за рубежом иногда скрывается преступная схема, о которой соискатель узнает слишком поздно. Человеку предлагают место в сфере информационных технологий, обслуживания клиентов или финансовых услуг, обещают достойную зарплату и помощь с переездом. После прибытия выясняется, что обещанной работы нет. Вместо нее человеку предъявляют требования, которым он вынужден подчиняться под угрозами и давлением. В отдельных случаях его заставляют обманывать других людей по телефону или через интернет.
Подобные преступления показывают, как меняются способы торговли людьми. Долгое время общественное внимание было сосредоточено преимущественно на сексуальной эксплуатации, принудительном труде и других формах эксплуатации. Эти формы сохраняются, но преступные организации все чаще используют пострадавших в финансовом мошенничестве. В результате один и тот же человек может оказаться жертвой эксплуатации и непосредственным исполнителем действий, направленных на хищение чужих денег.
Международные правоохранительные организации рассматривают принуждение к онлайн-мошенничеству как серьезную транснациональную угрозу. По информации Интерпола, опубликованной 30 июня 2025 года, к марту того же года среди жертв торговли людьми, направленных в мошеннические центры, были выявлены граждане 66 государств. В сентябре 2026 года Управление ООН по наркотикам и преступности сообщило о пострадавших как минимум из 80 стран, обнаруженных в мошеннических центрах Юго-Восточной Азии. География вербовки и эксплуатации давно вышла за пределы одного региона.
В «Глобальном докладе о торговле людьми» за 2024 год УНП ООН описывает, как организованные преступные группы привлекают людей через фиктивные вакансии. Объявления размещаются на сайтах трудоустройства, в социальных сетях и мессенджерах; для убедительности могут использоваться названия и символика настоящих компаний. Особый интерес для вербовщиков представляют люди, владеющие иностранными языками, цифровыми технологиями и навыками общения с клиентами. Наличие образования или профессиональной подготовки не защищает от обмана, если предложение выглядит достаточно правдоподобно.
После приезда пострадавшие нередко сталкиваются с изъятием документов, ограничением передвижения и контролем средств связи. Им сообщают о якобы возникшем долге за дорогу, проживание или оформление документов. Отказ выполнять требования может сопровождаться угрозами, физическим насилием и наказанием. Внешне место эксплуатации иногда напоминает обычный офис: сотрудники работают за компьютерами, ведут переписку и совершают телефонные звонки. За этой обстановкой скрываются принуждение и отсутствие возможности свободно уйти.
Часть таких центров специализируется на телефонном и интернет-мошенничестве. Людей заставляют представляться работниками банков, служб безопасности или государственных учреждений, сообщать вымышленные сведения о проблемах со счетами и добиваться от собеседников переводов денег. Другие пострадавшие ведут переписку через мессенджеры и социальные сети, создают ложные профили и пытаются завоевать доверие потенциальных жертв. От человека могут требовать выполнения установленного количества звонков или иных показателей, а за невыполнение подвергать наказанию.
При этом необходимо различать тех, кто организует мошенническую деятельность, и людей, работающих под принуждением. Со стороны телефонный звонок или переписка могут выглядеть как обычное участие в преступлении. Но обстоятельства, при которых человек оказался в такой организации, его возможность отказаться от работы и степень контроля со стороны преступников имеют принципиальное значение. Отсутствие свободы выбора не исчезает только потому, что пострадавшего заставляют совершать незаконные действия.
Другая часть схем связана с банковскими картами и электронными платежами. Преступные группы используют счета для получения денег от обманутых граждан, их последующего перевода и обналичивания. Людей могут вынуждать оформлять банковские карты на свое имя, передавать доступ к мобильным приложениям или получать и переводить средства по указанию организаторов. Встречаются случаи, когда банковский счет оказывается оформлен на лицо, которое фактически не распоряжается ни деньгами, ни доступом к нему.
В финансовой сфере владельцев счетов, через которые проходят чужие деньги, нередко называют «денежными мулами» (money mules). Однако само участие счета в подозрительной операции ничего не говорит о положении его владельца. Один человек сознательно соглашается получать вознаграждение за перевод средств, другой передает карту после обмана или под угрозой насилия. Такое различие необходимо устанавливать на основании конкретных обстоятельств, а не предполагать заранее.
Опасность этих схем распространяется далеко за пределы мошеннического центра. Люди, у которых похищают деньги, несут финансовые потери, а иногда оказываются под сильным психологическим давлением. Принуждаемые исполнители рискуют здоровьем и свободой. После освобождения им могут потребоваться документы, юридическая помощь и восстановление доступа к собственным счетам. Сам факт участия в операциях, организованных преступной группой, способен осложнить возвращение к нормальной жизни.
Объединение торговли людьми и финансового мошенничества создает сложную для расследования систему. Вербовка может происходить в одной стране, эксплуатация в другой, а граждане, которым звонят мошенники, проживать в третьей. Деньги при этом проходят через счета и платежные инструменты, связанные с несколькими юрисдикциями. Участники такой сети выполняют разные функции: одни ищут людей, другие контролируют их работу, третьи управляют финансовыми потоками. Не во всех преступных делах присутствуют все перечисленные элементы, но именно их сочетание затрудняет выявление организаторов.
Поэтому расследование не может ограничиваться установлением личности человека, который позвонил потерпевшему или получил перевод. Необходимо выяснить, кто предложил ему работу, какие обещания давались при вербовке, мог ли он свободно отказаться от действий и покинуть помещение, кто контролировал его документы, средства связи и банковские карты. Значение имеют сведения об угрозах, условиях проживания, выплатах, а также о лицах, распоряжавшихся полученными деньгами.
Большую роль в установлении этих обстоятельств играют цифровые доказательства: история переписки с вербовщиками, записи телефонных соединений, документы о перемещении через границу, данные о регистрации банковских счетов и движении денежных средств. Но ни один такой материал не дает полной картины отдельно от остальных. Для правильной оценки ситуации необходимо сопоставлять финансовые следы, показания людей и сведения о способах их удержания и эксплуатации.
Противодействие подобным преступлениям требует согласованной работы правоохранительных органов, финансовых учреждений и организаций, оказывающих помощь пострадавшим. Преступные сети используют различия в национальных законодательствах и границы между государствами, поэтому обмен информацией и совместные расследования приобретают особое значение. Наряду с выявлением финансовых операций нужно устанавливать каналы вербовки и лиц, получающих основную прибыль.
Особого внимания заслуживает предупреждение торговли людьми под видом трудоустройства. Соискателям следует проверять сведения о работодателе и условиях трудового договора, с осторожностью относиться к обещаниям необычно высокого заработка без четкого описания обязанностей. Настораживать должны требования передать паспорт неизвестному посреднику, скрыть адрес будущего места работы от близких или согласиться на поездку без понятных документов и контактов организации. Проверка предложения до отъезда может предотвратить ситуацию, из которой впоследствии будет крайне трудно выбраться.
Не менее необходима финансовая грамотность. Передача карты, PIN-кода, пароля от банковского приложения или доступа к электронному кошельку посторонним людям создает риск использования счета в незаконных операциях. Особенно опасны предложения «подработки», при которой человеку обещают процент только за прием и перевод чужих денег. Даже если такая схема представляется простой услугой, ее последствия могут оказаться серьезными. Если доступ к счету получен путем угроз или обмана, пострадавшему нужна возможность безопасно сообщить об этом и получить помощь.
Для банков и платежных организаций важны выявление подозрительных операций и своевременное реагирование на признаки злоупотребления счетами. Вместе с тем меры финансового контроля должны сопровождаться выяснением обстоятельств, при которых действовал владелец счета. За внешне одинаковыми переводами могут стоять совершенно разные ситуации: добровольное участие в мошенничестве и использование человека преступниками.
Работа с пострадавшими требует отдельного внимания. Человек, переживший угрозы, насилие и принуждение, может бояться обращаться в правоохранительные органы из-за возможного преследования за действия, которые его заставляли совершать. Правовая, психологическая и социальная поддержка, а также установление действительной роли такого человека в преступной схеме необходимы для защиты его прав. Признание факта эксплуатации не отменяет необходимости тщательной правовой оценки, но позволяет избежать поверхностного подхода к обстоятельствам дела.
Для университетов эта тема имеет непосредственное значение. Студенты и выпускники активно пользуются цифровыми платформами, ищут стажировки и работу за рубежом, владеют языками и компьютерными технологиями. Именно эти навыки иногда становятся предметом интереса преступных вербовщиков. Во время правопросветительских встреч важно разбирать реальные признаки сомнительного трудоустройства, объяснять опасность передачи банковских данных и рассказывать, куда обращаться при угрозах или принуждении.
Торговля людьми и финансовое мошенничество причиняют вред разным людям, но в отдельных случаях являются частями одной преступной деятельности. Понимание этой связи помогает видеть за подозрительным телефонным звонком и банковским переводом более широкую картину: от ложного объявления о работе до контроля над человеком и распоряжения похищенными деньгами. Эффективная защита требует одновременно предупреждать вербовку, пресекать мошенничество и выявлять тех, кто сам оказался в зависимости от преступников.
М. В. Русакова, проректор по воспитательной работе РТСУ